Рубрики
Главная

Зеленая повестка меняет полярность? Интервью со старшим вице-президентом по ESG Сбербанка

Интервью со старшим вице-президентом по ESG Сбербанка Татьяной Завьяловой

Вопросы устойчивого развития занимают важное место в международной повестке. Перспективы партнерства и развития делового сотрудничества в рамках международных альянсов БРИКСШОС и ЕАЭС обсуждали и в ходе 27 Петербургского международного экономического форума. О том, какие направления устойчивого развития могут объединить страны, какие есть инструменты и перспективы сотрудничества «Лента.ру» поговорила со старшим вице-президентом по ESG Сбербанка Татьяной Завьяловой.

«Лента.ру»: Главной темой ПМЭФ в этом году стал поиск новых точек роста на фоне происходящих в мире изменений. На ваш взгляд, может ли повестка устойчивого развития стать такой точкой роста?

Татьяна Завьялова: Действительно, последние два года мы наблюдаем, как центр глобальной экономической силы смещается из развитого мира в развивающийся. В первую очередь, это страны БРИКС, ШОС и ЕАЭС, где проживает половина населения мира, которое производит 37 процентов глобального ВВП по паритету покупательной способности (ППС). Эти страны показывают опережающие темпы прироста экономики, рост доли взаимного товарооборота и расчетов в нацвалютах, рост числа совместных инвестпроектов.

Расширился и состав объединений — в БРИКС теперь входит 10 стран, в ШОС вошел Иран и вскоре присоединится Белоруссия. Кроме того, ряд стран заявили, что тоже хотели бы присоединиться к одному из альянсов.

Когда мы говорим об устойчивом развитии в широком понимании, то имеем в виду такие общие вопросы для наших стран, как обеспечение устойчивости экономики и ее роста, обеспечение продовольственной, технологической и энергетической безопасности. Это все лежит в плоскости делового сотрудничества стран объединений. Причем, сейчас уникальный шанс для расширения и углубления такой кооперации.

А если смотреть на повестку устойчивого развития через призму финансирования проектов в области чистой энергетики и зеленых технологий, то здесь мы видим непосредственный экономический эффект и точки роста. Например, для таких стран как Китай и Индия инвестиции во возобновляемые источники энергии (ВИЭ) — это не только стимул развития экономики, но и необходимость обеспечения энергетической стабильности на фоне растущего аппетита стран к энергоресурсам.

Так, Китай уже стал лидером мирового производства компонентов для солнечных и ветряных электростанций, электромобилей, а Индия — пятой страной в мире по привлекательности инвестиций в возобновляемую энергетику.

Кроме того, до последнего времени глобальная зеленая повестка в основном продвигалась под давлением интересов западных стран и инвесторов. С учетом роста веса быстрорастущих и развивающихся стран эти акценты также будут смещаться в их пользу.

Какие задачи устойчивого развития могут объединить страны для выработки совместных решений и позиции? Что может стать точками притяжения?

Важно понимать вокруг каких проблем сфокусирован интерес большинства стран. Например, по итогам прошлогодней Конференции ООН по вопросам изменения климата, большинство стран поддержало из множества предложенных всего три инициативы. Первая — продовольственная безопасность и устойчивое сельское хозяйство. Это особенно актуально для стран БРИКС, ШОС и ЕАЭС на фоне роста численности и потребностей населения, ужесточения санкций западных стран и торговых войн.

Вторая инициатива — адаптация к климатическим изменениям и здоровью граждан. И третья — энергетическая устойчивость и энергоэффективность. Все остальные инициативы получили меньшую поддержку. Это говорит о том, что большинство стран имеют очень близкие по сути задачи, которые нужно решать совместно.

Для России и стран-партнеров я бы добавила, что объединяющими факторами также выступают обеспечение технологического суверенитета и обмен инновациями, использование транзитных и логистических возможностей стран, формирование общих инфраструктурных решений.

По каким направлениям Россия может вести международное сотрудничество в рамках устойчивого развития с учетом того, что в разных странах эта инфраструктура находится на разных уровнях зрелости?

Пока зеленая таксономия, регулирование и рыночная инфраструктура устойчивого развития во многих странах только формируются и развиваются неравномерно. Однако у каждой страны в силу особенностей географии, экономики и культурных традиций есть свои уникальные наработки, кроме того, все-таки большинство задач весьма схожие и решения у них будут общие.

Так, в России Минэкономразвития уже сделало шаг в этом направлении, представив в октябре 2023 года стратегический документ по сближению подходов ESG-рейтингования и активизации регионального сотрудничества со странами-участницами ШОС. В перспективе это предложение можно расширить и для других межстрановых объединений.

Второе направление — это формирование единых рынков углеродных единиц и зеленых сертификатов. Потенциал развития огромен. По международным оценкам, объем добровольного углеродного рынка по итогам 2023 года составил 723 миллиарда долларов, а рынок зеленых сертификатов на ВИЭ — 12,7 миллиарда долларов. Ожидается, что эти объемы в перспективе могут вырасти кратно. Так, в рамках ПМЭФ Минэкономразвития России уже предложило создать Партнерство БРИКС по открытым углеродным рынкам, которое поможет сблизить подходы стран к валидации и верификации результатов климатических проектов, а также создать условия для торговли углеродными единицами между участниками объединения.

И, в-третьих, необходимо развивать сотрудничество по обмену и совместной разработке зеленых технологий и инноваций, в том числе на основе искусственного интеллекта (ИИ). ИИ открывает новые перспективы в решении задач в области климата и экологии. По оценкам международных экспертов, ИИ сможет помочь в достижении 80% глобальных целей устойчивого развития.

Например, Сбер начал работу по созданию открытой библиотеку ИИ-сервисов, в которой мы хотим собрать как собственные разработки Сбера ― у нас их более 10, так и решения других компаний, в том числе международных. Это хорошая возможность синхронизировать, с одной стороны, наработки и разработчиков, а с другой — потребности заказчиков ― все те задачи бизнеса, регионов и стран, которые можно решить с помощью умных технологий.

На сессии ПМЭФ, посвященной перспективам развития делового сотрудничества в рамках ШОС в современных условиях, вы предложили разработать программу устойчивого развития и адаптации к климатическим изменениям стран ШОС. Чем продиктована такая инициатива?

Мы видим, что страны ШОС при обсуждении торгово-экономического взаимодействия, все больше внимания уделяют вопросам охраны окружающей среды, экологической безопасности и предотвращения негативных последствий изменения климата, развитию особо охраняемых природных территорий и экологического туризма. Например, в мае был утвержден ряд документов по взаимодействию в области экологии, поддержке зеленых проектов. Обсуждается скорое принятие Стратегии энергетического сотрудничества до 2030 года. Нам это близко.

Для стран ШОС разработка программы устойчивого развития и адаптации к климатическим изменениям тоже может стать началом комплексного и структурного подхода к задачам повестке.

Ведь климат меняется, и самые большие ресурсы будет необходимо привлекать для адаптации к этим изменениям, решать инфраструктурные и социальные задачи. А такие глобальные вызовы невозможно преодолеть усилиями одной или двух стран, необходимо вовлечение широкого круга сторон — стран, бизнеса и жителей БРИКС, ШОС и ЕАЭС.


Прочтите также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *